ШЕЛ ЧЕЛОВЕК С АВОСЬКОЙ

По узкой улочке старого Таллинна в густой толпе шел человек. Шел спокойно, деловито, не оглядываясь по сторонам, не останавливаясь. Очевидно, до появления на этой улице у человека была уйма дел, в результате чего светло-голубые колготки и вязаная шапочка местами загрязнились. На вид человеку было не более трех лет. Мальчик шел по делу. В одной руке его была маленькая авоська, другая рука крепко сжата в кулачок. Догадываемся, что там деньги.

Я замедлил шаг. Впереди — суматошный перекресток: автобусы, троллейбусы, легковые машины. Малыш устремился к переходу. Вот он пережидает поток машин, вот перешел трамвайный путь, остановился, пропуская поток из другой улицы, вот пробегает оставшуюся полоску дороги. Перешел!

Я перевожу дыхание и, уже почти теряя его из виду, замечаю, как это маленькое чудо толкает толстую деревянную дверь и входит в булочную...

Хэмингуэй однажды сказал: «Жизнь — это дерзкое приключение». Пусть любопытство будет вашим гидом. Наслаждайтесь своей молодостью. Поскольку вы будете находиться в школе какое-то время, проведите его с пользой. Научитесь находить нужную информацию и впечатления. Многие учителя являются хорошими исследователями. Практикуйте открытость для разных тем, о которых вам ничего не известно. Вместо того, чтобы говорить «нет», «не знаю», попробуйте говорить «да» и посмотрите, что получится. Часто именно те сферы, которые вам кажутся наиболее ненавистными, могут оказаться наиболее удовлетворяющими ваши потребности. Проходите сквозь стены, так как чаще всего — это лишь карточные домики.

Глубина знаний намного важнее, чем приобретение «правильных» ответов, чтобы пройти тест. И вы можете постичь эту глубину, только если вы знаете, где раздобыть информацию. А если вы еще умеете делать это быстро — то это навык, который будет служить вам всегда, независимо от того, какую профессию вы изберете.

Именно сейчас у нас дети постепенно стали ощущать себя теми, кем мы являемся, — детьми тысячелетней славянской цивилизации с ее системой моральных и нравственных ценностей, обычаев и традиций. Хотя надо признать, что самолюбие и самомнение у нас европейские, а развитие и поступки — азиатские.

Помните, мы долго учили молодых бороться с обстоятельствами.

А я бы стал их учить активно приспосабливаться к обстоятельствам, начиная с детства. Именно так — приспосабливаться к неблагополучию хоть в семье, хоть в трамвае, хоть к шторму в открытом океане. Зачем капитану корабля плыть навстречу шторму? Его задача — так подставлять нос и корму волнам, чтобы не утонуть и довезти пассажиров до порта назначения. Если же будущих капитанов в училищах будут учить, как воевать с океаном, вместо того чтобы фокусировать внимание на том, как максимшити umwiy^ ,ж ._. фортно доставил» людей в порт, то бедные мы с вами будем.

Настолько ли уязвимо приспособленчество, о котором сложено так много басен? Думаю, плохого это слово в себе не несет. Никто из нас не выбирает время, в котором родиться. Чтобы не сломаться, сохраниться как личность, иногда приходится приспосабливаться к обстоятельствам. Это лишь будет означать, что вы хотите реализовать себя сейчас, а не ждать светлого будущего или, что хуже, — самоутверждаться за чужой счет, борясь и подавляя чью-то судьбу. Это приводит к изменению стереотипа. В приспособлении могут выиграть обе стороны, в то время как в борьбе, как правило, обе стороны проигрывают. Вспомните историю Пирровой победы.

Новое поколение вместо безоглядной веры в могущество идеи имеет трезвый расчет на собственные скромные силы. Вместо поиска и клеймения виновных во всем и вся — ироничная терпимость к тем, кто живет иначе. Двадцатилетние вовсе не склонны считать, подобно своим родителям, что их здравый смысл — самый здравый смысл в мире. Они настроены на решение не столько общественных, сколько своих личных проблем, но в этом они последовательно и по-хорошему упорны. И такое приспособление исторически продуктивно, оправдано и ведет к успеху. Жаль, что в школе этого не понимают, возможно, потому, что поколение учителей привыкло к борьбе и войнам.

Время изменилось, и теперь не учителя учат детей, а дети, не отягощенные прошлым, обучают взрослых — как это ни парадоксально. И это надо признать правильным. Поколение двадцатилетних яснее понимает эру, в которой оно живет, в то время как подавляющее число взрослых превращается в психологических и информационных стариков, носителей эпохи, унесенной ветром.

Конечно, это утопия — стараться достичь совершенства. Но много лет, выращивая детей, как цветы на клумбе, я наблюдал, насколько они глубже овладевали навыками самостоятельного мышления, как продвигались к лучшему, проявляя в своем поведении больше творчества, больше уверенности, больше уважения к себе. Я видел, как люди растут и развиваются в достаточной мере, чтобы добиваться цели и уважения к самим себе. И, ступая от ступеньки к ступеньке, они догоняют удачу. А потом эти баловни успеха могут перепрыгнуть на другую лестницу: спортсмен открывает магазин, философ затевает страховую компанию по вексельным платежам. И они богаты и счастливы, потому что живут в ладу сами с собой.

Итак, чтобы быть богатым и счастливым, вы должны думать о качестве своей жизни, а не только о карьере, обрекающей вас на усталость. Какой же вывод? Не надо ходить в школу?

Это не имеет значения, куда вы будете ходить — в кружки, секции, на уроки, репетиции. Имеет значение — зачем вы туда ходите.

Вы можете посещать эти заведения или в надежде взять знания, или приобрести навыки, или получить удовольствие от хорошего времяпрепровождения или времяу бийства, или побыть в знакомой атмосфере, увидеть приятелей, поболтать о том, о сем. Теперь вам нигде не дадут гарантий светлого будущего, только предоставят выбор. Учат ведь не уроки математики и истории, а учитель — своей личностью и атмосферой той среды, в которую вы попали.

Ты хочешь быть богатым и счастливым? Это сегодня вопросы не школы, которую ты посещаешь. У нее другие цели — расписание занятий, звонки, дисциплина на уроках, выученные домашние задания и оценки в дневнике.

Твоя индивидуальная судьба пока вне ее интересов, и я не собираюсь обсуждать, хорошо это или плохо. Я говорю, что это вне ее, и это означает, что ты сам несешь ответственность за свою судьбу. Становись лидером, добивайся, чтобы тебя заметили, становись полезным хоть кому-нибудь, начинай осматриваться и думать о том, чтобы это стало приносить деньги. Сначала немного, потом больше.

— 1 де моя зарплата?

— Где моя зарплата?

— Где моя зарплата?

Неужели это все, о чем люди думают в наши дни? Еще только полдень, а уже шестьдесят человек приходили за зарплатой, чтобы раньше уйти. — Быков выглядел раздосадованным. — Они всегда говорят мне, что должны вести детей к врачу или что-нибудь в этом роде. Они полагают, что я дурак?

Стук в дверь прервал нашу беседу. Это была еще одна просьба о зарплате.

— Ну, хоть этот не хотел уйти раньше, он прислал свою жену! — сказал Быков после того, как она забрала деньги и покинула офис.

Он подошел к своему столу и сел на стул.

— Я не понимаю, как эти люди живут. Они живут от зарплаты до зарплаты. У всех моих работников дипломы и у большинства из них имеются степени. Как могут такие образованные люди быть в таком плохом финансовом положении?

Быков, мой давний друг, пригласил меня обсудить кое-какие проблемы, возникшие в его компьютерной фирме. Бизнес стал невыгодным, и он собирался уволить треть из своих 300 работников. Чувствовалось какое-то беспокойство по утрам, так как работники ожидали повышения зарплаты, которому не суждено было сбыться. Теперь Быкову придется сказать им, что они еще и потенциальные безработные.

— Я не могу повысить им зарплату, когда совсем нет прибыли, — сказал он. — Но если я не предложу повышение, то потеряю лучших своих людей, и останутся лишь те, кто не сможет найти работу в другом вместе.

Почему же у тебя нет проблем с работниками: разве они не хотят большей зарплаты?

Я медленно начал:

— Во-первых, у нас работники не в традиционном смысле этого слова. Мы бы разорились и не смогли заниматься бизнесом, если бы у нас были просто работники. Большинство людей, с которыми мы работаем, независимые люди. Они работают с нашей фирмой, а не на нее. Они знают, как делать деньги, или находятся в процессе обучения, как делать деньги для себя. Быков был озадачен:

— Какая разница между тем, работаешь ты за деньги или делаешь деньги? — спросил он, быстро уловив границу, которую я провел между этими двумя понятиями.

— Работа за деньги — всего лишь малая часть процесса создания денег. Все, кто работает с нашей фирмой, постоянно развивают свои умения в создании денег, не ожидая просто зарплаты. Мы — больше, чем просто бизнес, мы — школа. Люди, работающие с нами, учатся быть универсальными в бизнесе и могут занять любое место в нашей организации. Мы постоянно готовим всех, кто имеет к нам отношение, быть универсалами в бизнесе. И хотя у нас строгие правила и стратегия, мы поощряем эксперименты. Наш бизнес всегда растет. Все мы постоянно учимся и меняемся. Это место работы не назовешь скучным, поверь мне! Вот о чем я хотел еще сказать: наша организация не охвачена какой-то бредовой идеей. Но если кто-то не испытывает какую-то новую идею в действии, он чувствует себя неловко. Я повернулся к Быкову и спросил:

— Что делает большинство твоих работников, чтобы заработать и получить зарплату?

— Они усиленно работают на своих рабочих местах.

— Значит, они просто работают и получают зарплату. Так? Быков кивнул и сморщил лоб, задумавшись над тем, что я ему говорил.

— Ну, и как же ты определяешь, что работнику следует повысить зарплату? — спросил я.

— У них регулярное повышение зарплаты за выслугу лет или же они получают повышение по должности, что автоматически повышает и их зарплату.

— Получается, что чем дольше они здесь работают, тем больше они получают?

— Именно так. И премии бывают часто, хотя, впрочем, оказалось, что как велика бы ни была премия, она не делала работников счастливее. Они всегда считают, что заслуживают большего.

Он замолчал и пожал плечами.

Быков попытался защититься.

— Нам нравится вместе работать. Мы получаем удовольствие, и они говорят, что я хороший босс.

Внезапно дверь открылась, и вошел один из программистов. Быстро уловив суть нашего разговора, он подошел к стенду и написал: «Заплатите нормальную зарплату».

Я повернулся к Быкову:

— Тебе не надоело еще слышать эти слова?

— Ты прекрасно знаешь, что я сыт ими по горло, — признался он. Я попросил его сказать, какое слово получилось из этих букв. Быков молча стоял несколько секунд, затем медленно прочитал буквы одна за другой.

— Получается слово «ЗАНОЗА», —воскликнул он, удивленный своим открытием.

— Так вот, и правляешь кучкой «заноз», или они вонзились в тебя, как занозы. Одно из двух. Быков разозлился:

— Я хорошо отношусь к ним. Я забочусь о них. Здесь приятно работать. Я просто не могу платить им больше.

Я дал ему успокоиться, прежде чем начать снова лвдаюаю ои-просы.

— Почему бы не наделить их большей ответственностью и разрешить им принимать участие в зарабатывании денег для компании?

— Как ты, да? — ответил Быков, все еще защищаясь. Я кивнул.

— Ну, во-первых, многие из моих работников не хотят знать больше о бизнесе. Они хотят только свою зарплату. Они хотят заниматься только той работой, которую умеют делать. Многие из моих работников думают, что бизнесмены вроде тебя и меня — мошенники. Они считают, что мы зарабатываем слишком много денег и эксплуатируем их. Они не желают становиться частью этого; все, чего они хотят, это зарплату, льготы, отпуска и достойную пенсию. Меньше всего они хотят больше работы и ответственности'.

Напряжение росло по мере того, как он высказывал наболевшее.

— Если я научу их, как вести такой бизнес, они оставят мою фирму, откроют свои компании и будут соревноваться со мной. Им больше не нужны будут ни я, ни моя компания!

— Ну, вот теперь мы добрались до глубинных проблем, — сказал я. — Ты достиг того уровня, когда не в состоянии дальше развивать и организовывать свое дело и не даешь дороги другим. Поэтому или включай «вторую космическую скорость» и переходи самостоятельно на более высокую орбиту, или уступи дорогу!

За последние сто лет деньги стали так же банальны, как воздух, вода и пища. Они являются синонимом выживания, и когда выживание под вопросом, люди становятся отчаянными. Из страха они используют самый легкий, быстрый и безопасный способ за-рабатывания денег. Они перестают рисковать, учиться и развивать свой потенциал.

Деньги могут испортить человека. Но система использует эту отговорку, чтобы доказать тот факт, что деньги есть зло. Однако это все равно, что сказать, что свиньи портят аграрную систему.

Когда я говорю: «Давайте научимся использовать деньги», — я не имею в виду умение манипулировать и эксплуатировать других во имя накопления все большего и большего количества денег. Это всего лишь еще одна форма привязанности, которая не поможет стать счастливее или чувствовать себя в безопасности. Приведу пример.

В начале перестройки возникшие в стране школы бизнеса начали учить студентов быть «жонглерами» или так называемыми финансовыми манипуляторами. Вместо того чтобы учить их быть дальновидными бизнесменами, которые создавали бы новые товары и услуги для расширения экономики, их научили эксплуатировать систему. Результатом этого стало падение экономики и возникновение у всех нас новых проблем. Некоторые из этих «жонглеров» закончили свою карьеру в тюрьмах и оставили доверчивых граждан с многомиллионными долгами и убытками.

Школы бизнеса все еще обучают студентов делать деньги из денег, таким образом готовя финансовых менеджеров вместо смелых бизнесменов.

Подумайте, каким мог быть наш мир, если бы мы учили людей создавать новые товары и услуги вместо финансовой зависимости.

Разве удивительно, что учащиеся часто бунтуют не только против школы, но и против общества? Они не глупые, им скучно. Они видят жизнь вокруг себя и знают, что то, что им дает школа, не соответствует окружающей их реальности. Поэтому они пропускают занятия, уходят со школы или мало ею интересуются.

Большинство учащихся проходят этот процесс обучения только для того, чтобы получить диплом. Они считают, что диплом — это ключ к следующей двери. К сожалению, многие из них постепенно понимают, что годы, ушедшие на получение аттестата, — пустая трата времени, они не выигрывают ни в чем. Двери, о которых они мечтали, не открываются, несмотря на то, что у них есть аттестат. В возрасте тридцати пяти лет они вдруг сознают, что ненавидят или теряют работу только потому, что их умения устарели. У них нет альтернативы, так как они даже не подозревают о своей зависимости или о том, что она делает с их жизнью. Куда бежать, кого cnpocumb']

Сегодня появляется новый вид бизнеса: работники платят, чтобы работать в престижных компаниях. Я знаю, что это звучит абсурдно, — где это видано, чтобы работники платили за право работать в фирме? Однако разве я открою большой секрет, если скажу, что в застойные времена место мясника в магазине стоило огромных денег, место официанта в хорошем ресторане стоило не меньше?

Фирмы сейчас, естественно, другие, однако суть бизнеса не изменилась.

Самые успешные новые компании по недвижима in Jiriw ^.^ ются собственностью работников, либо работники платят ежемесячно определенную сумму, чтобы принадлежать к этой компании. Старый метод, по которому агент по продаже недвижимости делил комиссионные с владельцем компании изживает себя.

Сегодня брокер или агент по недвижимости платит компании, которая рекламирует его услуги по всей стране или хотя бы в районе, в котором он работает. Сам агент занимается бизнесом для себя, тем не менее используя товарный знак компании и получая пользу от широкой рекламы. Но агенты ответственны за аренду офиса, документы, работу с собственными клиентами и ведение бумаг. Они сами оплачивают и телефонные счета, платят за лицензию и визитные карточки.

Они не просто живут, ожидая зарплату, они не сидят на неподвижных велосипедах, «нажимая на педали». Они на дороге, в пути, рулят, балансируют и следят за движением. Они ответственны в каждой фазе процесса, который позволяет им жить.

С появлением этих новых структур в бизнесе менее удачливые агенты отметаются. Это бизнес типа «.действуй или погибай». В результате работники держат компанию, а не наоборот. И эта схема действует!

Люди хотят сами принимать решения, а не зависеть от босса, контролирующего степень надежности их работы или количество денег, которые они зарабатывают.

— Так что же, я должен предложить им платить мне за право работать у меня? Не поднимут ли они меня на смех?

— Нет, предложи заплатить не за право работать на тебя, а за организованное для них рабочее место, которое для них будет выгоднее, чем создавать его самостоятельно, —и за это бери плату.

Наша система образования тем не менее все еще учит людей спрашивать: «Где моя зарплата?» Несчастные, они так и не знают, как рождаются деньги, на какой плантации они растут. Они не понимают, что людям платят не за то, чтобы они были счастливы, а за то, чтобы они работали.


Разделы:Скорочтение - как читать быстрее | Java тренинги - работа на мобильном | Тест скорочтения - проверить скорость | Проговаривание слов и увеличение скорости чтения | Угол зрения - возможность научиться читать зиг-загом | Концентрация внимания - отключение посторонних шумов Медикаментозные усилители - как повысить концентрирующую способность мозга | Запоминание - Как читать, запоминать и не забывать | Курс скорочтения - для самых занятых | Статьи | Книги и программы для скачивания | Иностранный язык | Развитие памяти | Набор текстов десятью пальцами | Медикаментозное улучшение мозгов | Обратная связь