СОВКОВЫЙ БИЗНЕС ГЛАЗАМИ ИНОСТРАНЦА

В русских народных сказках герой Иван-дурачок побеждает благодаря своей глупости и простоте. Он всегда спит под копной сена, в то время как беда преследует его более умных и тщеславных братьев.

Совки являются совершенными, постоянными лжецами. Это то, что нужно учесть в бизнесе и в делах сердечных. Они скрывают правду потому, что чувствуют, что может быть невежливо раскрыть ничтожную реальность. Так многие годы доверчивых западных гостей в социалистическом раю водили за нос, когда показывали им «советские больницы» (т. е. единственную хорошо оснащенную больницу, посещаемую только членами политбюро), «советские школы» (т. е. та же история), «квартиры советских рабочих» и т. д.

Привычка скрывать скромную, чтобы не сказать позорную, правду за сценарием была начата фаворитом Екатерины Великой полководцем Потемкиным. Он однажды выставил вдоль пути следования ее величества «селения», которые на самом деле были нарисованными декорациями и впоследствии получили название «потемкинские деревни».

Для совков идеальная работа выражается глаголом «сидеть». Это означает делать как можно меньше за как можно большую сумму денег. Сюда входят и опоздания на работу, и ранний уход, и непомерно растянутый перерыв на обед, и косметические упражнения перед зеркалом каждые пару часов.

Молодой предприниматель нанял на место секретаря и ассистента женщину средних лет в свое новое компьютерное бюро. На следующий день, где-то около полудня, разъяренный клиент позвонил, чтобы пожаловаться, что он ждал на улице у входа в офис с 9 утра и никто не пришел открыть его. Молодой предприниматель приехал сам и занялся клиентом, и позже — намного позже — в 3 часа дня новая секретарь вошла в офис. «Лидия Ивановна! Что это значит?!» — вскричал ее новый босс. «Мне позвонили с прежней работы, что им завезли свежую рыбу, поэтому я сначала пошла туда», — объяснила она, обиженная на раздражение своего нового босса.

Английский специалист по транспорту, работавший в Москве, вспоминает: «Никто не хочет брать на себя ответственность. Они никогда не извиняются и лгут без стыда. Даже когда ложь обнаруживается, они просто пожимают плечами». Тем не менее нужно добавить (еще одна загадка), что этот англичанин строит дом для своей семьи, чтобы обустроиться в России.

«Они хотят всю выгоду без выполнения и капли работы, — говорит другой иностранный технолог, работающий в России. — Нужно три русских, чтобы выполнить работу, которую один человек сделал бы в Англии или Америке. Если это какое-то оборудование, один будет везти его, другой управлять им, а третий — смотреть. Все хотят, чтобы им платили наличными. Никто не доверяет банкам, и нет системы ссуд. У всех свои планы, и все пытаются что-то крутить».

«Когда мне нужно было купить новый грузовик, — вспоминает специалист по транспорту, — каждый работник подходил ко мне лично и говорил, что может достать новый грузовик за такую-то цену, дешевле, и дешевле. Но грузовик так и не материализовался, в конце концов я им сказал, чтобы они отстали, и купил грузовик по его цене».

Условия для бизнеса в таких странах, как Россия, Украина, Белоруссия, могут быть изменены правительством без предупреждения за одну ночь — например, пошлина на ввозимый товар. «У вас должна быть непробиваемая броня, как у носорога, чтобы работать здесь, но, с другой стороны, не становитесь слишком циничным. Придерживайтесь того, что приехали делать. И помните, что они вас оббирают и вы их оббирайте», — говорит весело американец.

Когда совки все же решаются что-то сделать, они это делают быстро и к назначенному сроку. «Если вы получите совка, который думает только о деньгах, то он сделает все, что угодно», — говорит американский нефтяник. Это иногда настораживает, как понял один западный бизнесмен, когда спросил, как вывезти груз леса, а наш коллега ответил, что перевозка — не проблема: когда понадобится транспорт, можно украсть и поезд.

«Положение, власть и деньги — это то, с чем считаются в этой стране. Если совок чувствует, что с вами его ждет большое будущее, это будет его мотивом — у них нет никакой другой надежды в жизни, ни закладных, ни пенсии, ничего», — объясняет француз, живущий в Москве.

«Новые русские» — это категория людей, сумевших приспособиться к резко изменившимся условиям, в которых они себя чувствуют как рыба в воде — комфортно и уверенно. И не имеет существенного значения, насколько они богаты. Среди них много возникших «ниоткуда» миллионеров, разъезжающих в иностранных автомобилях, пренебрегая правилами дорожного движения, самоуверенно и развязно.

Однако среди «новых русских» много не очень зажиточных людей, которым по душе «правила игры», пришедшие с реформами, так как эти новые условия дают возможность им себя реализовать, даже если это не приносит много денег.

Совки более старшего возраста ориентированы больше на «план» и расстраиваются, когда им приходится что-то менять в короткое время. Они обычно не имеют запасных вариантов — никакого плана В, если план А провалится.

Существует восточная черта в совковой бизнес-практике: «Ищи русского — найдешь татарина», — гласит старая пословица. Они собираются на встречи больше, чем один раз, чтобы узнать, с кем имеют дело. Делегации будут ездить туда и обратно. Спустя какое-то время западный бизнесмен может подумать, что вся эта затея — пустая трата времени. Но как только его «берут», он обычно может положиться на своих партнеров по бизнесу.

Молодые совки чувствуют себя в свободной рыночной экономике как рыба в воде. К сожалению, «широкие ребята» с Запада ринулись заполнить вакуум, и есть немало позорных историй в столичных бизнес-кругах, когда западные партнеры исчезали с награбленным. Некоторые наблюдатели сравнивают сегодняшнюю Россию и Украину с тем, что представляла собой Америка в 70-е годы XIX века. Превалирует менталитет Дикого Запада, иногда находят богатства, а иногда и жизни теряют в борьбе за выживание. Оправдывает ли цель средства? Да, если вы выдержите темп.

Что касается знаний в менеджменте, то очень мало совков имеют представление, как вести бухучет или составить бизнес-план, но они очень быстро учатся. Книги по бизнесу и маркетингу невероятно популярны и распродаются, как только попадают на прилавки.

Наука о бизнесе находится еще в стадии своего зарождения, как свидетельствует история о «новом русском», который пришел домой рано утром после азартных игр, продолжавшихся всю ночь напролет, и сказал: «Дорогая! Мне так повезло! Ты знаешь, пальто, которое я купил за 1 миллион рублей, я проиграл за 2 миллиона!»

Кроме нового класса, ориентированного на бизнес, совки имеют тенденцию к ослабленной реакции, когда дело касается того, чтобы что-то сделать. Сельская местность замусорена тракторами и другими частями дорогой техники, которую бросили на произвол судьбы. Во время старой советской системы все принадлежало всем и, таким образом, в действительности — никому. Следование расписанию, чистоте, необходимому уходу за вещами и чувству личной ответственности за какое-либо дело, возможно, никогда не укоренится так, как укоренилось в Западной Европе.

Большинство совков при вопросе о том, чего они надеются достичь в бизнесе, будут болтать о благосостоянии всего человечества, но не о том, сколько ячменя они продадут немцам в этом году для производства пива. Совки чувствуют себя неловко, когда речь идет об их финансовом успехе. Они предполагают, исходя из собственного национального опыта и, следовательно, с некоторым оправданием, что большое богатство достигается нечестным путем или по крайней мере за чей-то счет.

Отношения между членами персонала в офисах остаются старомодными. Наши люди, которые работают на Западе, иногда расстроены тем, как там мало человеческого контакта с коллегами вне офиса, включая и то, что они не идут вместе на автобусную остановку или в метро. У совков на работе развита семейная атмосфера — все говорят о домашних перепалках, модах, футболе или трагедиях. В одном случае, когда молодой служащий был убит в своей квартире, его коллеги взяли на себя организацию похорон, чего никогда не бывает на Западе.

Старшие по рангу обращаются к подчиненным, водителям и т. д. на «ты» и по имени, что считалось бы покровительственным или шовинистическим тоном, особенно между служащими противоположных полов на Западе. Но опять-таки, сколько банкиров лондонского Сити видят своего водителя спящим на заднем сидении? А это является каждодневным явлением у нас.

Те, кто уже сделал свой первый миллион, иногда носят его с собой в чемодане, поэтому они сопровождаются несколькими телохранителями серьезного вида с оружием под мышкой.

Хотя слово парадигма обычно используется для целых систем, таких как бизнес, оно также полезно, когда речь вдет о личных убеждениях. Я говорю, что делать деньги легко. Это моя парадигма. Человеку, парадигма которого гласит, что можно разбогатеть только благодаря везению или воровству, я могу показаться обманщиком.

Учить людей, что есть только одна-единственная парадигма, может стоить дорого в профессиональном, финансовом, эмоциональном и физическом отношениях. У некоторых людей вообще никогда не было возможности узнать о других парадигмах, они склонны придерживаться понятия, выдвинутого нашей системой образования, что существует только одна парадигма. Я наблюдаю это все время в своих аудиториях. Я вижу это в глазах своих учащихся. За их зрачками я ощущаю стальные ворота, охраняющие их личные парадигмы. Пока не говорю ничего такого, что бросает им вызов, ворота остаются открытыми. Как только я сообщаю что-то вне их парадигмы, ворота захлопываются. Они становятся невосприимчивыми, полными скептицизма и недоверия. Для того, чтобы наша система образования могла служить нашему обществу, она должна избавиться от единственности своих парадигм. Есть бессчетное количество новых парадигм, стоит только узнать, как мы выглядим со стороны. Вам смешно читать о себе, о русских и украинцах, со взгляда как бы со стороны. Но эту точку зрения тоже надо знать, двигаясь по пути к богатству и счастью.

вы недовольны своей фирмой

Летя из Киева в Москву, я был единственным пассажиром в первом салоне и завязал разговор с одной из стюардесс. Заметив, как приятно и весело она исполняла свои обязанности, я спросил у нее, нравится ли ей работа.

—Я люблю эту работу, —ответила она. Затем, после паузы, сказала: —Но я просто ненавижу компанию. Они несправедливо к нам относятся.

— Что вам не нравится в компании? — спросил я.

— Во-первых, у нас нет трудового контракта, — ответила она. — Они все говорят нам, чтобы мы подождали, но уже прошел целый год. Я не знаю, как долго смогу терпеть такое отношение.

— Так что же вы хотите от этой компании? — спросил я. Она посмотрела на меня, как будто я был с Марса.

— Больше денег, конечно. И больше льгот.

Я начал чувствовать себя настоящим директором компании, на которую она работала. Я ответил ей, что по данным, которые мне известны, ее компания имеет крупные финансовые неприятности.

— Ну, это не моя вина, — заметила стюардесса. — Я просто хочу получать то, что было обещано. Когда пришла работать в компанию четырнадцать лет назад, — объяснила она, — нам сказали, что у нас будут периодические повышения, если предоставить хорошие отзывы. Что ж, у меня отличные характеристики, и я довольно долго работаю в этой компании. Бортпроводники раньше меня получили свои повышения, так почему же я не могу на это рассчитывать? Мы с мужем не бедствуем, но мы не продвигаемся вперед, как планировали. Я заслуживаю повышения!

Я кивнул.

Она тряхнула головой с возмущением.

— Ребятам наверху платят миллионы. У них у всех есть золотые парашюты, чтобы покинуть этот тонущий бизнес, а у нас до сих пор нет контракта. Это несправедливо. Не мы управляли плохо компанией и наделали долгов. Я хотела бы бросить эту работу, но возраст... Я не хочу начинать с чего-то нового за меньшую плату. Я чувствую себя как в ловушке.

Когда полет закончился, я поблагодарил ее и пожелал удачи. Я так много мог бы ей сказать, но понимал, что есть миллионы и миллионы людей, таких, как она, во всем мире. Она была честным, трудолюбивым человеком, который в финансовом и профессиональном отношениях стал жертвой страха.

Это заблуждение поражает не только авиакомпании. Оно поражает всех — от фермеров до производителей компьютеров. Оно поражает индустрии, появившиеся в аграрный век, и индустрии информационной эры. Те, кто ищет новую информацию и воспринимает новую реальность, обретут возможность жить очень, даже очень хорошо. Но те, кто держатся за то, чему учили в наших школах, будут дальше прозябать или сражаться за свои льготы и в конце концов погибнут в этих войнах финансово и профессионально.

Идея, что «я заслуживаю повышения», устарела. Любой человек или компания, поддерживающая такую точку зрения, является динозавром. Идея, что нам должны повышать зарплату за выслугу лет, оказалась возможной во время индустриальной эры и во время экономических подъемов, когда деньги были дешевыми, а кредиты — легкодоступными. Но те дни миновали. В эре 90-х мы находимся в середине трехстороннего столкновения: аграрной, индустриальной и информационной эры. И это столкновение посылает шоковые волны по всему миру.

Мы вряд ли выживем, если будем держаться устарелых идей. Богатые станут еще богаче, расширяя пропасть между собой и менее удачливыми братьями и сестрами. А бедные станут не только беднее, но и злее. Как долго будет длиться этот хаос, будет зависеть от желания системы образования измениться.

При идеальной экономике работник удостаивается повышения за увеличение производительности: чем больше вы даете, тем больше получаете. Но между 1917 и 1985 годами люди имели повышения не потому, что производили больше, а потому, что техника и дешевые источники энергии держали расходы на низком уровне. По мере того, как падали цены на нефть, доходы росли, работники требовали большей оплаты труда. Современные станки, которые увеличили производительность и которые работали на дешевой нефти, производились по всей стране, и все были счастливы. Но постепенно люди стали ленивыми. Они привыкли к мысли, что эта цепь дешевизны будет тянуться вечно. Образовательная система начала вести себя в этой экономической ситуации так, как будто она стала абсолютной правдой, которая никогда не изменится.

Люди постепенно привыкли к тому, что им платят больше только за то, что они делали одно и то же изо дня в день, год за годом. Цены росли, и люди вынуждены были покупать товары во избежание того, чтобы стать жертвой дефицита. Затем мыльный пузырь лопнул. Кредиторы захлопнули кредитную дверь, и экономика замедлила ход. Цена одалживания денег росла и росла. Становилось труднее и труднее получить кредит. В эпоху перемен люди напуганы. А со страхом приходит жадность, которая, как известно, разрушала целые экономические системы, оставляя миллионы людей в нищете.

Жадность, как мы определяем ее в современном экономическом климате, это «брать больше, чем даешь». Чтобы процветать в 90-х годах, нам всем нужно производить больше, и именно того, что покупается, чтобы успевать за временем. Повышения зарплаты происходят все реже и с большим интервалом между ними. Если мы не научимся умениям, необходимым для нашего настоящего экономического климата, мир пройдет мимо нас.

Наши современные методы обучения готовят людей быть ненужными к тридцатипятилетнему возрасту. Что является причиной этого? Почему уровень жизни многих падает? Почему число крупных компаний уменьшается, вместо того чтобы расти и расширяться? Почему так много трудолюбивых служащих увольняют? Почему Запад уступает первенство Востоку? Как так получается, что японцы покупают лучшие американские киностудии и даже величественные мосты?

Одна большая часть ответа в том, что мы хотим получить больше денег, не делая ничего по-новому, по-другому. Мы хотим стать богаче без приобретения иных новых знаний. Чтобы получать больше, мы должны отдавать больше и производить больше, нам нужна новая информация. Эта нехватка информации привела в свое время к исчезновению целых цивилизаций, — вспомните историю человечества: где Римская, Византийская империи, империя Великих Моголов? Пришло время перестать отождествлять деньги с богатством и мерять богатство деньгами.

Я помню, как изучал историю на факультативных занятиях. Учитель ухмылялся, когда рассказывал, как американцы купили Аляску у русского царя за 7 тысяч рублей. Мне было четырнадцать лет, когда я сдавал экзамен по истории. Учитель ставил вопросы типа таких:

* В каком году была продана Аляска?

* Кто проводил переговоры и как долго они продолжались?

* Почему русские продали Аляску?

Что мы должны были понять из этой сделки по продаже недвижимости американцам, совершенной в 1867 году? Мы могли бы постичь, как учиться на своих ошибках. Мы могли бы исследовать внешние факторы, повлиявшие на сделку, чтобы выяснить. какие экономические явления там происходили. Мы могли бы использовать это событие в истории, чтобы иллюстрировать разницу между деньгами и богатством: что, наверное, решение русских было мудрым решением, соответствовавшим их системе убеждений в то время. Конечно, любой из этих пунктов был бы более ценным, чем запоминание дат и сроков, которые можно найти в учебнике по истории, если вам когда-нибудь понадобится эта информация. Вот несколько предположений, чему мы могли бы научиться из истории продажи Аляски американцам:

Роли информации и насилия. Русские знали, что у американцев было более совершенное оружие, Аляска к ним была ближе, и что те заставят их покинуть Аляску, заплатив им за землю или не заплатив вообще. Они знали, что их дни там сочтены. Можете назвать это «Система Рэмбо в коммерции» или злоупотребление силой для получения власти. Эта же система создает городские банды, которые и сегодня опасны и эффективны в своей борьбе за «торговые точки» в наших городах. Эти же фундаментальные принципы действуют по всему миру. И мы должны уметь понять и осмыслить цену, которую мы платим за такой способ мышления.

Различию понятия «богатство» в бизнесе. Пока у русских было богатство в виде куска земли, у американцев было богатство в виде информации и технологий, используемых для производства оружия и добычи золота. Американцы отдали то, что для них представляло мало ценности, — денежные листики бумаги — доллары в обмен за землю, которой у русских было, казалось, бесконечно много. Мы могли бы научиться на этом примере, что именно информация и технология дают возможность создать настоящее богатство. Мы также могли бы научиться, что деньги —это не обязательно само богатство, а только конечный результат богатства.

Двоечник Томас Уотсон начинал карьеру бизнесмена, торгуя кассовыми аппаратами для магазинов. Чутье на наиболее перспективные направления технического развития и талант предпринимателя помогли ему превратить свою компанию IBM в корпорацию с многомиллионным оборотом. Для повышения эффективности обработки информации Уотсон решил вложить в проект изобретателя Говарда Эйкена 500 тысяч долларов. Через несколько лет, разработав модель новой машины Марк-1, Эйкен хвастался ею, лишь вскользь упомянув об IBM. Взбешенный Уотсон, порвав все дела с неблагодарным изобретателем, проклял его на всю жизнь, дав кличку Эйкену «сучий сын».

Вы хотите победить. Но ведь кто-то будет и побежден. Должен заметить, что одна-единственная атака лишь изредка приносит окончательную победу. Атакующие должны повторять атаки одну за другой.

Здесь вас всегда выручит теория одного миллиметра, который вы обычно не дотягиваете до цели. Или не добились льготной стажировки за рубежом, не набравшись терпения для отсылки тридцать пятого комплекта своих документов и проектов (а вас бы пригласили на тридцать шестом). Или вы обошли пешком пятьдесят девять потенциальных клиентов, которые могли бы разместить свою рекламу на вашем изделии и тем самым окупить все ваши затраты. Но для шестидесятого у вас времени не хватило.

Это совершенно невероятная ситуация, но в литературе она иногда встречается. Всем памятна сцена, когда Барон Мюнхгаузен, чтобы вылезти из болота, тащит сам себя за волосы. Когда люди читают или смотрят эту сцену, им смешно, и они иронизируют, потому что по законам природы это невозможно. Мне никогда не было смешно в этом месте, так как эта картина для меня является символом собственного возвышения путем преодоления — и обстоятельств, и нашей совковости, и равнодушия окружающих.

Я на всю жизнь запомнил историю, рассказанную мне чемпионом мира по шахматам Михаилом Ботвинником, из его раннего детства. Ему было одиннадцать лет, когда, будучи в гостях у родной тетки, его накормили любимыми варениками с картошкой и луком. Выйдя из гостей, он почувствовал, что объелся, но решил, что до дома дотянет. Приближаясь к дому ускоренным шагом, затем бегом, он рассчитал до секунд, что все-таки дотерпит. Единственное, что выпало из его расчетов, так это то, что лифт может оказаться занятым. Ему не хватило нескольких секунд, чтобы преодолеть считанные ступеньки, и произошло непоправимое.

Пусть теория одного миллиметра стоит у вас перед глазами всегда. По мере приближения к цели ее сопротивление будет увеличиваться как при однополюсных магнитах. Но вся прелесть жизни как раз в этом одном миллиметре и состоит. Кто его преодолел, тот готов бесконечно рассказывать друзьям об испытании, которое оказалось у него на пути, потребовало смекалки, удачи, везения и в конце концов принесло победу. Победу интеллекта, воли и одного миллиметра.

Люди, которые верят в дефицит, становятся жадными. Наш бизнес и правительства возглавляют жадные. Из-за того, что люди думают, что чего-то не достаточно, они начинают действовать отчаянно и совершать отчаянные поступки.

Мальтусская теория дефицита также создает мышление типа «я первый», «сначала я», «выживает сильнейший», мышление, которое, в свою очередь, ведет к высокомерию.

Иногда школьные учителя выступают за значительное увеличение зарплаты. В некоторых случаях требуют увеличения зарплаты в два раза для пожилых учителей. И это хорошо, что учителя начинают зарабатывать больше денег. Однако здесь скрыто какое-то недоразумение: при том, что рабочая неделя в стране составляет 41 час в неделю, для шахтеров — 36 часов, врачей — 35 часов, а для учителей — 18 часов в неделю.

Как я могу такое говорить и акцентировать внимание на такой низкой недельной загрузке? Очень просто. Учителя просят увеличения зарплаты без соответствующего увеличения продуктивности труда. Правда заключается в том, что успехи образования падают, расходы государства растут, а дети и их родители несчастливы.

Если учителя думают, что их работа надежна и что они могут запросто требовать больше денег, потому что наше правительство их защищает, то им только следует взглянуть на нашу почтовую службу как на аналогичный пример. Почтовая служба считала, что имеет монополию, потому что она государственная. По мере того как необходимость скорости в мире бизнеса увеличилась, наша почтовая служба не смогла соответствовать потребностям своих клиентов. Появились другие почтовые службы, и только потому, что государственная почтовая служба самонадеянно думала, что является единственной в стране. Люди хотят платить за скорость и лучший сервис, а это то, что государственной службе не очень известно.

Деловые люди включились там, где почтовая служба не смогла обеспечить хорошее обслуживание. И теперь, когда факсовые аппараты стоят дешевле посредственного цветного телевизора, почтовой службе будет еще хуже. Если она поднимет цену за услуги без улучшения качества обслуживания, то потеряет прибыль и выйдет из бизнеса. Наши почтовые служащие продолжают ожидать повышения зарплаты — без улучшения продуктивности труда — только потому, что правительство защищает их. Как долго еще мы будем терпеть такую неэффективную работу — остается ждать.

То, что происходит с нашей почтовой службой, произойдет и с системой государственных школ. Образование — это единственный бизнес, в котором граждане «виноваты за свои деньги», отданные ими в виде подоходного налога с их зарплаты. Люди становятся обозленными, ибо их деньги с налога тратятся на систему, которая не только не производит ничего полезного, но и постоянно раздражает. Я недавно встретил учительницу, которая сказала, что я не имею права обучать, так как у меня нет соответствующего сертификата. Она хотела узнать, что давало мне право учить. Я ответил: система рынка. Если бы мои взрослые студенты были недовольны тем, что они получали за время и деньги, потраченные на мои курсы, они бы не рекомендовали их своим друзьям, и я бы давно разорился. Тогда она поинтересовалась, как я мог устанавливать такую высокую цену за свои курсы. Я снова заметил, что люди желают платить за то, чтобы сделать многое за малое количество времени. Она с возмущением воскликнула, как ужасно, что некоторые наживаются на образовании, будучи не в состоянии понять, что моя прибыль прямо зависела от выбора в мою пользу довольных клиентов — люди платят только за товары и услуги, которые им действительно полезны.

Каждый раз, когда я вижу педагогов, требующих больше зарплаты за меньший труд, мне приходится задавать вопрос, в каком мире они живут? Мир движется слишком быстро, но для них он продолжает ползти малой скоростью товарного поезда. Многие педагоги не понимают, что частные школы и институты не зарабатывали бы так много денег, если бы работа в государственном секторе была эффективной. Одной из причин того, что специалисты в частных школах имеют больше денег, чем государственные учителя, является то, что они учат детей и взрослых большему в краткий срок и с большей выдумкой, творчеством, весельем и на результат, который всем очевиден. Учителя государственной системы образования хотят учить меньшее количество детей, давать меньше информации в больший срок и брать с нас, налогоплательщиков, больше денег. Если они будут только наблюдать, как их требования выполняют, то скоро останутся без работы.

Образование — это крупнейшая индустрия в мире. Только в бизнесе тратятся миллиарды долларов на обучение новым технологиям, а это игнорируется правоверными педагогами. Игнорирование технологии, как обнаружили давным-давно швейцарцы, может стоить очень дорого. За пятнадцать лет 65% швейцарских рабочих потеряли свою работу, потому что они не совершенствовали технологию часового дела, которую они, по иронии судьбы, сами же изобрели. Вместо этого они полагали, что мир всегда будет ценить их точное и аккуратное мастерство. Теперь единственный способ, благодаря которому они делают свои часы дорогими, это добавление в них золота. И снова самонадеянность проиграла технологии.

Педагогам нужно понять, что технология может и уже заменяет их. Телевидение, компьютеры, система Интернет и обучающие видеоигры намного более эффективны как орудия обучения, предоставляющие намного больше информации, чем любой учитель, и предоставляющие эту информацию способами, которые полны изобретательности и привлекают самых маленьких учеников. Тем временем слишком много учителей продолжают верить, что их работа надежна из-за профсоюзов. Другие чувствуют себя надежно из-за предположений, что в будущем ожидается нехватка учителей. Они не понимают, что Великие Учителя уже записаны на видеопленки и что посредственности скоро в лучшем случае станут просто нянями и гувернантками. Если бы я был традиционным учителем, я бы изменил свое мышление и начал бы искать новые ответы.

С появлением магазинов, где можно брать видеокассеты напрокат, кинотеатры значительно потеряли в бизнесе. Видео напрокат дает больше с меньшими затратами, и эти магазины становятся невероятно популярными. Но сегодня, с появлением кабельного телевидения, мы видим возникновение и рост еще одной технологии, которая захватывает все большую и большую часть бизнеса видеопроката. Даже сейчас, когда я это пишу, идет разговор о библиотеках кабельного телевидения, где в любое время клиент сможет выбирать нужное из сотен кинофильмов. И нет сомнения, что эта новая технология преуспеет. Нам тогда не нужно будет беспокоиться о возврате видеокассеты — выбор окажется почти неограниченным и цены будут все доступней и доступней.

Так же, как письменная коммуникация, которая прошла путь от пони-экспресс до факс-аппаратов, так и бизнес-связь будет совершаться по видеотелефонам. Это дает деловым людям и студентам возможность общаться лицом к лицу с дальними партнерами и зарубежными университетами. Из-за этого сократится бизнес в индустрии авиалиний и других отраслях, связанных с путешествиями, таких как гостиницы, машины напрокат, такси, рестораны и прочие вспомогательные службы. Все это лишь еще один пример, как технология движется вперед, обеспечивая больше за меньше и меняя лицо экономики.

Кажцый раз, когда возникает новая технология, меняется потребность в определенных специальностях. Новые товары требуют новых знаний, новой информации, новых услуг, и если мы не приспособимся, то можем обнаружить, что деятельность, которая поддерживала нас вчера, больше не нужна. Предвидя такую картину, я посоветовал бы стюардессе, которая хочет повышения зарплаты, то же, что советую всем остальным:


Разделы:Скорочтение - как читать быстрее | Java тренинги - работа на мобильном | Тест скорочтения - проверить скорость | Проговаривание слов и увеличение скорости чтения | Угол зрения - возможность научиться читать зиг-загом | Концентрация внимания - отключение посторонних шумов Медикаментозные усилители - как повысить концентрирующую способность мозга | Запоминание - Как читать, запоминать и не забывать | Курс скорочтения - для самых занятых | Статьи | Книги и программы для скачивания | Иностранный язык | Развитие памяти | Набор текстов десятью пальцами | Медикаментозное улучшение мозгов | Обратная связь